СССР-2017 в рассказе Гарри Ларина

aJeEyq5bN9E.jpg

56. НАЗАД В БУДУЩЕЕ НА ДЕНЕК

— Мы вернулись в начало XXI века? — спросил я с определенной радостью Генадича.

— А как ты думаешь? — спросил Генадич, хитро улыбнувшись.

«Чайка» быстро понеслась по дороге. Водитель втопил педаль газа в пол и сбрасывал скорость лишь на поворотах. Автоматически закрылись шторки на окнах заднего сидения. Я замолчал и посмотрел в пол. Я вспомнил, что в плотно закрытом молочном бидоне, зарытом в Подмосковье недалеко от аэропорта Шереметьево, у плотины в Новогорске, были спрятаны больше  2.5 миллионов долларов.

«Интересно, целы ли деньги? Если мы переместились во времени на 50 лет вперед, значит, я абсолютно правильно спрятал деньги в подмосковном лесу, — думал я. — Часть потерял, правда. Хорошо, что не оставил их все в камере хранения… Не протек ли бидон за это время? Не испортились ли пачки денег? Все же банкноты из бумаги. Эх… Золотые монеты надо было покупать. Дороже отдал бы, но это надежнее…»

— Не о том ты думаешь, кажется, — прервал мои мысли Генадич. — Деньги не портятся со временем, но их «ест» инфляция. Деньги надо вкладывать в дело, а не прятать. И ждут они тебя там же, где ты их спрятал! — как будто читая мои мысли, с улыбкой сказал Генадич. — Я так думаю! — продолжил он и подмигнул мне. — Ты на дорогу смотри и вокруг.

— Открой ему шторки сзади, — сказал Генадич водителю. Водитель молча нажал какую-то кнопку, и шторки на заднем сидении приоткрылись.

Мы стали въезжать в Алушту. На красных растяжках над дорогой висели любопытные лозунги! «Слава КПСС», «Решения XXXIII Съезда КПСС в жизнь», «СССР XXI века — оплот мира» и что-то про дружбу народов! Я с интересом смотрел по сторонам. По улице города прошли строем пионеры в белых рубашках с красными галстуками! По дороге ехали современные машины вперемежку с машинами российского производства. Номера машин, пожалуй, были немного странными — черными и белыми у большинства машин, как в начале 80-х годов XX века.

— А где мы? — поинтересовался я у Генадича с удивлением…

— Напомни, какое утром число было? — поинтересовался Генадич.

— Да вроде 31 мая, воскресенье, 1964 года, — ответил я.

— Точно. 31 мая. Наверное, просто не тот год, — ответил Генадич фразой из фильма «Назад в будущее» и посмеялся. — Сам все поймешь.

Мы подъехали почти к самой набережной Алушты.

— Я должен заехать в управление. По работе. Погуляешь часа два-три без меня? — спросил меня Генадич. — Сейчас у нас 11:30 примерно. Давай ровно в 13:00… Или лучше в 13:15 встретимся у Алуштинской ротонды. Мне нужно к Владимиру Владимировичу — доложить обстановку…

Он попросил водителя остановить машину. «Чайка» припарковалась в одном квартале от набережной.

— Путину, имеете в виду? — переспросил я с удивлением.

— Ну да, — спокойно сказал Генадич.

— Так, похоже, мы изменили время! Путин разве Президент России? — спросил я с удивлением.

— Нет страны такой «Россия» сейчас. Есть СССР. Владимир Путин сейчас председатель КГБ СССР.

— А кто тогда президент России?

— Не России, а СССР. Генеральный секретарь ЦК КПСС и лидер советского государства Михаил Горбачев. Он стал самым престарелым генсеком СССР. Впрочем, он в неплохой форме сейчас.

— Так если лидер СССР — Михаил Горбачев, то как тогда не развалился СССР? — удивился я.

— Я же сказал, что Путин — председатель КГБ СССР. Потому и не развалился. Да и Горбачев пришел достаточно поздно к власти. Долго рассказывать. Он стал президентом всего лет 10 назад. Лет в 75, кажется.

— А как же Ельсин? — спросил я. (*Прим. Ред. Ельсин — вымышленный персонаж, совпадения с реальными людьми случайны)

— Борис Ельсин был арестован по подозрению в сотрудничестве с иностранной разведкой и осужден. Кажется, по 58 статье Уголовного кодекса РСФСР за государственную измену. Возможно, я что-то путаю, но сути это не меняет. Он был осужден на 10 лет лишения свободы. Его старый институтский друг, кстати, Михаил Горбачев в бытность членом Политбюро ЦК КПСС помог ему избежать расстрела. Впоследствии Ельсин вышел по амнистии в связи с преклонным возрастом. Он был освобожден на очередную годовщину Октябрьской революции. Но он уже умер, на пенсии. В последние годы он был в изоляции, и о его жизни мало чего известно… — сказал Генадич.

— А Крым чей? Российский или украинский? — поинтересовался я.

— Крым советский! СССР не распался ведь. Юридические тонкости принадлежности Крыма к той или иной советской республике мало кого волнуют в СССР! Ладно. Потом все сам узнаешь.

— Подождите, подождите! — придержал я Генадича. — А украинская политическая элита как поживает? Порошенко, Янукович, Турчинов, Тимошенко, Кличко и компания где? Чем они занимаются?

— Известно где. Почти все на своих местах. В политику не пошел только Кличко. Он на тренерской работе, кажется.

— А остальные? Они оппозиционеры? Диссиденты, как Сахаров и Солженицын? — поинтересовался я.

— Да ты что! Все они в партии, видные коммунисты, уважаемые в республике люди, герои соцтруда. Один возглавляет Советскую украинскую республику (УССР), другой партийный лидер в Крыму. Остальные тоже занимают ответственные посты в республике. Кстати, дружат между собой. Порошенко, например, лучший друг Януковича.

— О как их угораздило! — удивился я.

— О чем ты говоришь! Есть такие люди, которые при любом строе будут во власти. А есть и такие, которые будут востребованы при любом строе на рынке труда, как профессионалы своего дела, — сказал Генадич и подмигнул мне. — Иди пройдись. В 13:15 подходи к Алуштинской ротонде. А хочешь… Погоди-ка… — Генадич порылся в бумагах, которые были у него. Спустя полминуты он протянул мне длинный продолговатый конверт. — Вот тебе билет на самолет из Симферополя до Москвы и обратно в Симферополь. Но если вдруг полетишь, жду тебя в это же время, в 13:15, в том же месте, но уже завтра.

— А паспорт же нужно предъявить при вылете, наверное? — поинтересовался я.

— Ах да. Ну вот тебе хитрая справка. Она заменит тебе паспорт, — сказал Генадич, достал мне какую-то бумажку из кармана и вложил в авиабилет. — Потом посмотришь. Отдашь ее в аэропорту. Беги. Времени нет.

Я вышел из «Чайки» Генадича в некотором шоке и медленно пошел к набережной. Оглянувшись, я увидел, как черная «Чайка» Генадича медленно развернулась и поехала в противоположную от набережной сторону, быстро набирая скорость…

1450822266_gaz13_3.jpg

Фото realcars.su

57. ПРОГУЛКА В СССР НАЧАЛА XXI ВЕКА

Я пошел к морю, на набережную. Тут я увидел, что продаются сочные ароматные чебуреки. Я попросил продавца дать один чебурек и стаканчик газированной воды. По привычке я достал советские деньги. Тут же опешил, поняв, что я попал в непонятное для себя время, и достал из заднего кармана 100-долларовую банкноту.

— Я тут у вас впервые, — сказал я продавцу. — Может, мне продадите один чебурек за доллары?

— Ай, дорогой! Зачем мне твой доллар-шмоллар деревянный… Кому нужны твои доллары? В банк иди, доллары сдавай сам, если справка есть, что за границей был. А мне рубли давай. Простые советские рубли. С тебя 50 копеек за чебурек с газировкой.

— Эти рубли? — сказал я с удивлением, показав несколько советских банкнот образца 1961 года.

— Конечно эти, дорогой. Или на тебя так яркое солнце действует? Или не местный, а из-за границы к нам? С Болгарии, с Венгрии, Югославии, Чехословакии к нам приехал?

— Да… Не местный. Неважно, в общем. Из Болгарии. А так я русский.

— Курица не птица. Болгария не заграница! — с добродушной кавказской улыбкой ответил продавец чебуреков. — В СССР с 1961 года, больше полувека, только эти деньги ходят. Или у тебя, дорогой, есть другие рубли? — спросил продавец все с той же улыбкой.

Я протянул ему один рубль… Продавец протянул мне чебурек.

— Не надо, дорогой, денег. Я тебя хочу угостить, как представителя дружеской Болгарии! Угощайся чебуреком. Не надо денег. Обидишь, дорогой.

Я убрал рубль в карман, поблагодарил его и взял чебурек.

— А с чего вдруг доллар «деревянным» -то называете вдруг? — поинтересовался я у кавказца.

— Так вы там, в Болгарии, телевизор не смотрите или радио? — с удивлением спросил кавказец на немного ломаном русском. — Я политику с экономикой плохо слежу, но и то знаю. Кризис-шмизис в США. Потолок госдолга зашкалил. Слышал о таком?

— Напомните, если несложно. Все равно покупателей у вас пока нет, — попросил я.

— Ну ты меня удивляешь, дорогой! Как зашкалил у них потолок госдолга несколько лет назад, начались у них проблемы в экономике. «Вторая великая депрессия». Пытались в СССР и страны соцлагеря доллары сбагрить, после того как 88 статью смягчили и в СССР стали принимать доллары в любом отделении Сберкассы. Но кому тут доллары нужны особо? А печатный станок у американцев продолжал пых-пых-пых.

— Что «пых-пых-пых? — удивился я.

— Работать пых-пых-пых. Деньги печатать. Вот доллар и стал совсем дешевый. А советский рубль стал дорожать. Обеспеченный золотом, нефтью и якутскими алмазами рубль, понимаешь? Лучше рубли привози в следующий раз, как отдыхать в СССР приедешь. XXI век все же на дворе, а не конец XX-го!…

— Спасибо, — ответил я и, ошарашенный немного, закусил сочный чебурек.

Тут к продавцу как раз подошло еще несколько человек, и он, попрощавшись со мной, начал заниматься ими.

 

Салон связи в СССР начала XXI века

Я решил позвонить родным и жене, но, к сожалению, мой мобильный остался далеко, в камере хранения Ленинградского вокзала в Москве. Притом вообще в другом времени, в 1964 году. В общем, нужно было купить новый телефон. Я пошел искать салон сотовой связи. Всего минут через 10 я нашел салон сотовой связи поблизости, прямо на набережной. На салоне было написано необычное название «Мобильная и интернет-связь СССР — Алуштинское отделение». Это меня немного улыбнуло, но я зашел. Очереди, по счастью, не было. Я прошел к витрине. Там было много чего, а выбор телефонов был совсем невелик. Названия телефонов меня тоже немного повеселили: «Связист», «Волна», «Электроника». При этом телефоны были весьма похожи на привычные европейские. Правда, на наиболее дешевые и устаревшие модели. В зале также стояла пара десятков компьютеров. Видимо, «интернет-салон». За ними сидели несколько человек и пара компаний школьников-пионеров. Пионеры сидели человека по два-три за каждым компьютером. Несколько отдыхающих смотрели расписание экскурсий, поездов и авиарейсов. Некоторые вроде бы изучали экскурсии и достопримечательности Алушты и Крыма. Я прошел к витринам с мобильными телефонами.

Ценники на телефоны были в рублях. Притом телефоны стоили достаточно дорого. От 50 до 100 рублей примерно.

— Можно купить вот этот телефон? — спросил я продавца-консультанта. Это была толстая, ярко накрашенная девушка.

— Покупай, коль деньги есть и надо. Чего спрашиваешь? Или цену не видишь?

Я немного опешил. Удивился.

Хамство продавцов, видимо, было фирменным отличием СССР от капитализма. Это был, так сказать, побочный эффект от сохранения большой страны. Не единственный, как я понял позднее.

Я купил самый дешевый телефон марки «Связист» за 49 рублей 50 копеек. Он очень напоминал дешевую в моем времени Nokia. Я пополнил счет на 15 минут разговора. Цена минуты была тут почти по одному рублю, а точнее по 99 копеек, и я решил не класть сразу много денег на телефон. Уж на сутки, на пару важных звонков должно хватить. Я тут же сделал несколько важных звонков. Позвонил родным, жене и друзьям. Вернее, попытался позвонить. Никому я не дозвонился…

— Подскажите, у вас можно воспользоваться интернетом? — спросил я продавца.

— Конечно. Предъявите вашу абонентскую карту.

— Что, простите?

— Ну, разрешение на пользование интернетом! Или вы не местный? Тогда ваш иностранный паспорт, — уже более вежливо сказала девушка.

— Простите, а сложно оформить или получить абонентскую карту? — переспросил я.

— Не сложнее, чем получить водительские права. А точнее, намного легче, — ответила девушка.

Она достала анкету с небольшим гербом СССР сверху и надписью «Заявление на оформление абонентской карты пользователя сети Интернет». В анкете было листа три, наверное. Я что-то хотел сказать, но просто не смог выразить свое удивление словами.

— Поздновато вы спохватились. Ее давно можно было оформить по месту работы или учебы! — с удивлением произнесла девушка. — Заполняйте анкету. Не забудьте прикрепить только три фото. Их можно сделать в соседнем магазине, в салоне экспресс-фото, если нет с собой. Магазин с фотосалоном напротив нас, слева, — девушка показала на здание магазина, который виднелся в окне.

Я начал листать и вчитываться в текст анкеты. Там были любопытные вопросы о судимости, родственниках «за границей», взыскания на работе и т. п.

— Подскажите, а я сразу смогу получить доступ к сети Интернет после заполнения анкеты? — переспросил я.

— Конечно. Заполните анкету. Я ее отправлю на проверку в милицию и Комитет государственной безопасности, и в тот же день, как придет ответ, вы получите абонентскую карту.

— А как долго анкету будут проверять в милиции и КГБ? — спросил я.

— Да они быстро сейчас проверяют. Дня три, не больше, — сказала девушка.

Я немного оторопел от удивления.

— Я возьму анкету с собой. Заполню у себя и принесу вместе с фото, — сказал я и пошел на выход.

— Как вам угодно, — сказала сотрудница салона связи, пожав недоуменно плечами.

Я вышел на набережную и задумался… Похоже, что тут все не так просто.

А не слетать ли мне в Москву?

Я решил все же слетать в Москву. Я подошел к стоящей на набережной желтой «Волге». Похоже, что это была именно «Волга», только с немного необычным дизайном кузова — измененными передними фарами и задними габаритными огнями, что не мешало угадать в ней черты всем известного российского автомобиля, любимого в СССР.

— До аэропорта подкинете? — спросил я водителя.

— Ну, брат, ты загнул. До него же час езды! А ты говоришь «подкинете». Тут везти надо, — с хитрой улыбкой сказал водитель. — Я, вообще-то, на обед собирался, — многозначительно добавил водитель. — Вон остановка такси, — водитель показал мне на остановку метрах в 50—100 от нас, где стояли несколько человек в очереди с чемоданами и рюкзаками. Туда подъезжали такси и брали людей в порядке общей очереди.

— Ждать неохота. Червончик сверху (10 рублей), — нашелся я быстро.

— Ну прыгай тогда. Чемоданы где?

— Я налегке.

Я прыгнул в машину. Водитель быстро завелся и вдавил педаль газа в пол. Машина быстро развернулась с пробуксовкой по асфальту и дернулась вперед.

Проехав метров 200, я увидел огромную очередь в какой-то магазин. Водитель резко притормозил и остановился.

— Я на минутку, — сказал он мне и побежал что-то выяснять у людей, стоявших в очереди. Спустя минуту он действительно вернулся, быстро прыгнул за руль.

— Что-то случилось? — спросил я.

— Да ботинки австрийские дают. Слава богу, я еще зимой две пары прикупил по случаю. Вам не надо? А то можем вернуться, — переспросил меня водитель. — У меня там знакомая продавщица есть. Без очереди взять можно. Ну, ей сверху, сам понимаешь, добавить придется, — добавил он и многозначительно посмотрел на меня.

— Спасибо, — ответил я. — Мне надо только в аэропорт сейчас. Ботинки потом.

— В аэропорт… Самолеты-то ежедневно летают, по несколько раз в день в любой город. А ботинки австрийские нечасто в продажу поступают. Ну, как вам угодно, — ответил водитель и рванул резко с места. Он снова вдавил педаль газа в пол, и мотор новой диковинной «Волги» заревел, как дикий зверь. Спустя несколько минут мы уже выехали из города на трассу.

— Через час доставлю вас в аэропорт в лучшем виде, с ветерком.

— Спасибо. А что, с ботинками проблема, что народ так в очереди за ними стоит? — переспросил я.

— С ботинками нет никаких проблем, как и с любым другим товаром. Проблема с качественной обувью и с действительно качественными заграничными товарами в целом. А ширпотреба нашего и товаров из братского Китая — кругом навалом, — рассмеялся водитель. — А вы не местный, что ли? Вроде неплохо по-русски говорите. Новости не смотрите по телевизору? — с удивлением спросил водитель.

— Не местный… Я из Болгарии к вам прибыл. А новости не смотрю уже несколько лет. Принципиально. Хотя уже интересно. А что там нового в мире-то творится? Как с Америкой отношения у СССР складываются?

— Ну, Болгария, не обратная сторона луны. Как же можно в наше время новости не смотреть?! — удивился водитель. — Такой кризис во всем мире. Трамп вон ездит по всем соцстранам, деньги просит на поддержку американской демократии и экономики. Пугает всех распадом Америки на независимые штаты. И дают ведь…

— Дональд Трамп? Президент Америки? И у вас тоже? — удивленно вырвалось у меня.

— Чудак человек! Не у нас, а у них он президент. У нас он сеть отелей современных построил, в бытность бизнесменом еще. Вы, что же, и правда новости давно не смотрели? Трамп сейчас президент Америки. Его и выбрали-то в том году за его предвыборные обещания победить глобальный экономический кризис (в США). Как он сказал вроде бы: «Я заработал деньги себе — помогу и заработать деньги всей Америке. Я положу конец девальвации доллара».

— И давно кризис в Америке? С тех пор как в Америке предприняли неудачную попытку развалить СССР и страны соцлагеря, там кризис? — переспросил я. Что-то подобное мне уже сегодня рассказал продавец чебуреков на набережной.

— Ну да. Америка стала почти банкротом, так как не могла контролировать постоянный рост своего госдолга и еще по каким-то причинам. Немного их спасла как раз резкая девальвация доллара, но проблем от этого сильно меньше не стало в их экономике, — спокойно рассказывал водитель.

— Какая еще девальвация? А что там с долларом случилось-то? — с большим интересом вдруг переспросил я водителя.

— Да не с Луны ли вы, товарищ? — с удивлением переспросил водитель.

— Не с Луны, а с более далекой планеты, — с улыбкой сказал я. — Расскажите. Вы очень интересно рассказываете.

Водитель с гордостью и взглядом большого знатока политики и экономики посмотрел на меня.

— Я, по секрету сказать, в такси недавно. Деньги нужны. А так я был… Не хочу говорить кем. На очень ответственной работе был, но… Козни, интриги, завистники… — многозначительно сказал водитель.

— Какое совпадение, — сказал я с юмором. — Я тоже не хочу рассказывать, где был последние годы.

— Понимаю… — сказал водитель многозначительно, посмотрев на меня оценивающим взглядом с некоторым недоверием. Возможно, он подумал, что был я «в местах не столь отдаленных».

— Главное — в любой ситуации оставаться человеком, — добавил он.

— Так что там с долларом случилось в последние годы? — повторил я свой вопрос.

— Да ничего особо не случилось. Гиперинфляция в Америке съела былое могущество доллара. Не зря же теперь модно в некоторых советских барах и даже квартирах туалеты долларами обклеивать. Последний писк моды! — многозначительно сказал водитель.

— Как туалеты долларами обклеивать?! — удивился я.

— Да так! Ненамного дороже обоев получается. Ну, не банкнотами по $1.000.000, $100.000, $10.000 обклеивают, конечно. А более мелкими банкнотами, которые почти не имеют ценности…

— Елки зеленые!!! А уже и такие банкноты в обращении есть? — громко выругался я.

— А это для вас новость, товарищ? Вы лет 10 сидели, не меньше, наверное? — переспросил водитель с удивлением.

— Ну… Где-то так. Ошибки молодости. А почем я могу сдать $100 здесь примерно? — спросил я, доставая из заднего кармана 100- долларовую банкноту, показав ее водителю.

— Официальный курс Банка СССР стабилен в последние годы. 100 долларов — 66 копеек. Ну, может, коллекционеры больше дадут, если банкноты мелкого номинала. Или кто-то для обклейки того же интерьера. Мелкие банкноты в цене сейчас.

— Вот те раз! Так-так… — я замолчал и лихорадочно стал считать в уме.

— Ну, зато войны не было. Девальвация доллара лучше, чем третья мировая ядерная война, не так ли? — заметил водитель.

Значит, за $1000 можно выручить только 6 руб. 60 коп. $10.000 можно сдать за 66 руб. $100.000 — за 660 руб., а за один миллион долларов можно выручить примерно 6600 руб. Выходит, что все мое состояние не превышает 20.000 рублей. Да уж. Негусто. Я немного помолчал, глядя на дорогу и бегущие мимо машины. Так прошло несколько минут.

— А не подскажете, что можно купить на 20.000 рублей в СССР сегодня? — переспросил я водителя.

— Оооо. Много чего! Это целое состояние. Из крупных вещей — и новенькую «Волгу», и может, даже небольшой деревянный домик с шестью-восьмью сотками земли. Не на море, конечно, но тем не менее, — многозначительно перечислял водитель. — А можно даже кооперативную квартиру себе позволить.

Я замолчал, снова задумчиво вглядывался в дорогу. Машин было немного. Большая часть встречных машин были «рестайлинговые» «Волги», «Жигули» и «Москвичи», видимо. Их незамысловатые вариации угадывались. Иностранных моделей было немного, хотя время от времени попадались и они. По ходу нашего следования я увидел большую вывеску «Соки, воды». Я попросил водителя остановиться. Справа у дороги продавалось мороженое и газированная вода. Я дал водителю обещанный сверху червонец, чтобы он не волновался, и вышел, попросив его подождать меня минут 5—10. Взяв стакан прохладной газировки, я присел за ближайший столик. Их стояло несколько рядом с дорогой. Видимо, как раз для уставших от жары туристов. Я попивал газировку и задумчиво смотрел на идущие в обе стороны машины.

Напротив кафе притормозила «Чайка». Уж не Генадич ли? Точно он, вроде. Это была уже знакомая мне черная «Чайка» Генадича. Из нее вышел, как всегда веселый Генадич.

df4573675ae7ba2aae70d0b91d3e1be2

— Гаррик! Какая встреча! Вижу, в хорошем месте хороший человек сидит, грустит. Газировку пьет. Дай, думаю, компанию составлю. А ты решил-таки слетать в Москву? Я так и понял, и подумал уж за тобой в аэропорт махнуть. Думал за компанию с тобой в Москву слетать, но, вижу, у тебя сомнения какие-то появились? Или желание лететь в Москву почти пропало? Что так вдруг? Погода жаркая стоит, не так ли? Так это юг! Тут всегда так. В Москве это лето прохладное будет.

— Да уж… — ответил я. — Грустно как-то. За державу обидно! За Америку, — сказал я с юмором. — Такую страну просрали! Доллар, и тот не удержали.

— Из двух великих держав кому-то какую-то нужно было просрать! — сказал со смехом Генадич. — Отпусти такси уже. Поболтаем! Потом я тебя сам подкину, куда надо.

— А куда надо? — переспросил я задумчиво.

— А это тебе решать, — ответил Генадич.

Я вернулся к такси, извинился перед водителем, добавил ему пару рублей, которые выбило на счетчике. Он, вполне довольный, поблагодарил меня и оставил свой мобильный номер, протянув что-то похожее на визитку. Потом он развернулся и уехал назад, в сторону Алушты. Я посмотрел ему вслед задумчиво и вернулся за столик к Генадичу.

 

Секреты СССР начала XXI века

— Немного разочаровался? Ну, какие вопросы еще есть про «новое время»? Постараюсь ответить почти на все, чтобы сэкономить наше время и силы, — сказал добродушно Генадич.

— Девушка, принесите нам шашлычку пару порций, — сказал я девушке у придорожного кафе. — Вы будете шашлык? — спросил я Генадича.

— Конечно! Шашлык по-карски сделайте нам, красавица. Как в «Арагви» (популярный в СССР ресторан на улице Горького в центре Москвы).

— У нас шашлык только куриный. Хотя… — девушка-официантка не договорила и с легким опасением посмотрела на припаркованную рядом «Чайку». За рулем отполированной до блеска черной красавицы ГАЗ-13 сидел водитель все в тех же черных очках, с каменным лицом. В костюме, невзирая на жару. Несмотря на относительно устаревшую модель, «Чайка» вызывала не меньшее уважение у окружающих, чем аналогичные автомобили более позднего модельного ряда.

— Сделай. Очень тебя прошу. Два одиноких усталых путника у дороги будут беспредельно благодарны красавице-комсомолке… В пределах разумного, конечно. Ты ведь комсомолка?

— Аха-ха-ха-ха. Да. Но больше «красавица». Вы прям, как в комедии Леонида Гайдая «Кавказская пленница» меня назвали. А кто из вас Шурик?

— Вот и сделай. Это тебе партийное задание! А кто из нас Шурик мы решим позже — обратился Генадич к девушке с его фирменным чувством юмора и улыбкой.

— Вас поняла. Все организуем по высшему разряду, — сказала девушка и убежала на кухню.

Спустя полминуты, наверное, к нам прибежал директор ресторана.

— Дорогие гости. Рад вас видеть. Забыл вам сказать. К нам только что завезли также шашлычок из осетрины, если угодно. В меню его еще не вписали. Свежайший! Есть малосольные огурчики, соленья, почти все свежие овощи, большой выбор напитков. Все привезли совсем недавно, и этого нет в меню, — гостеприимно пел директор ресторана.

За столиком неподалеку сидела молодая семья. Услышав директора ресторана, они явно обрадовались.

— Какая удача! А можно нам шашлычок из осетрины? — сказал отец семейства.

Директор придорожного кафе с досадой посмотрел на молодую семью и отца семейства.

— Обслужите народ! А нам не надо ничего лишнего. Только шашлык по-карски. Ну, можно, салатик из свежих овощей и бутылку минеральной, — ответил Генадич директору.

— Не извольте беспокоиться. Будет сделано в лучшем виде, — сказал директор и убежал.

— Начальство любят. Если бы не «Чайка», стоящая рядом… Перед обычным народом, конечно, так тут не бегают, — сказал задумчиво Генадич.

— Конечно. Начальство любят всегда и везде. Как и деньги. Во все времена, — с улыбкой ответил я Генадичу. — Я тут никому дозвониться не смог почему-то, — сказал я Генадичу спустя какое-то время.

— Кому, например?

— Ну, жене звонил. Родителям. Нескольким друзьям.

— Все верно. Номера у всех телефонов другие. Ни «Билайна», ни «МТС», ни «Мегафона» тут нет и быть не может, — сказал Генадич задумчиво. — Да и…

— Что «да и»? — переспросил я.

— Да и нет у тебя тут жены… И родителей нет.

— Как это нет?! — переспросил я.

— Да так. Жена не родилась вообще. И ты не родился тут. Родители твои тут не встретились и не познакомились.

— Как это?!

— Да так. Ты знаешь, как встретились и познакомились твои родители? Может, они на юбилее Брежнева познакомились или еще на каком мероприятии? А тут время развивалось так, что Брежнев Хрущева не сменил на посту лидера Советского Союза! И многие другие, кстати, из тех, кто участвовал в антихрущевском заговоре, вообще ушли из политики. Что-то изменилось в ходе истории. Точнее, много чего… И твои родители не встретились и не познакомились. Родители, конечно, твои есть, но у них другие семьи. И тебя они знать не знают, соответственно. Ты тут ПРИШЕЛЕЦ.

— Вот те раз! Кем-кем, а ПРИШЕЛЬЦЕМ мне еще быть никогда не приходилось!

— «Вот те два», — сказал Штирлиц, и брошу второй кирпич, — продолжил Генадич.

— Бросил. В том анекдоте «бросил» было, — заметил я.

— Я про второй кирпич образно. «Второй кирпич» — это то, что и с деньгами твоими тут есть некоторая проблема, — сказал Генадич задумчиво.

— Да знаю уже, — сказал я задумчиво. — Инфляция и девальвация в Америке была, оказывается…

— И не только! На том месте, где ты их закопал, теперь дача большого начальника. Ответственного партийного работника. Вот фото тех мест в подмосковном Новогорске, где ты деньги закопал в молочном бидоне, — Генадич достал планшет фирмы «Электроника» и показал фотографии. — Вот плотина. А вот тот лесок, справа, где ты их закопал. Верно же?

— Ну… Вроде да.

— Вот! Видишь. Теперь тут забор, и сюда не пройдешь. А на этом месте вообще беседка видна. Ее построили не так давно. Так что дело не в инфляции и в девальвации доллара, а еще и в том, что ты вообще не попадешь на территорию дачи… Ну, или это будет очень сложно, а скорее всего, невозможно. И даже если попадешь чудом, то сделать быстро и незаметно подкоп под беседку не сможешь.

— Ясно… — сказал я. В воздухе повисла пауза. — Может, пора вернуться в 1964 год и исправить ошибки? Что мы тут делаем?! — спросил я.

— Мы ждем шашлык. А вот его уже и несут, — сказал Генадич.

Генадич предложил посидеть минут 20—30 еще и поесть шашлычок.

— С Лёшиком твоим и Натальей придется что-то решать. И Наталья тут не одна. Ее сопровождают люди. Они должны замолчать навсегда, — сказал Генадич уже вполне серьезно.

— Как навсегда? Убить их предлагаете?

— А что ты предлагаешь? — спросил Генадич.

— Я предлагаю… Кофейку я предлагаю взять.

— Девушка! Принесите нам кофейку. А то мы кого-нибудь убьём, — сказал Генадич снова с юмором. — А лучше без кофейка. Лучше чаю принесите. Если можно, с мятой. Она успокаивает. Ты же не против, Гарик, хорошего чаю попить?

Нам принесли чай. Удивительно, но мяту умудрились найти. Минут 10 мы пили чай молча. Каждый думал о своем. По крайней мере, лично я думал о своем…

— Их можно изолировать до 14 октября 1964 года, когда произойдет смещение Хрущева? — вдруг спросил я.

— Ну… Если подумать, то можно все. А если не все, то многое. А если не многое, то хоть что-то сделать можно точно, — сказал Генадич снова с юмором. — Я полагаю, в аэропорт уже ты не едешь и в Москву не летишь? И деньги искать не будешь свои тут?

— Да уж… Какой там аэропорт и деньги?! Деньги я перепрячу. Потом. Нам назад надо вернуться. Только вот расскажите мне об этой стране неведомой еще!

— Об СССР начала XXI века?

— Да. Что же тут такого хорошего и чего плохого? Я смотрю, тут и очереди есть, и хамство в обслуживании встречается. Да и автопром тут не на высоком уровне. Смотрите, какие машины по дорогам бегают! Недалеко дизайн их ушел от советского автопрома конца 80-х — начала 90-х… Плюсы-то есть тут хоть какие-то, кроме бесплатного образования и медицины? Сколько еще тут проблем, которые сложно понять мне при нашем капитализме в принципе? — спросил я Генадича.

— Ну, для кого и бесплатное образование с медициной — огромный плюс. Знаешь, сколько народу мрет при капитализме из-за того, что не могут найти деньги на жизненно важную операцию или на платное лечение? А так, конечно… Много проблем есть. Хотя и многие проблемы удалось решить, как ни странно. И плюсы свои есть, безусловно. И один из плюсов хотя бы в том, что несколько десятков миллионов человек остались жить в принципе, — сказал Генадич задумчиво.

— А что их убило у нас? — с удивлением спросил я.

— Что их убило? Локальные военные конфликты, некачественное питание, поддельный алкоголь, голод после распада СССР, бандитские времена лихих 90-х, неплатежи зарплат даже, если хочешь, или расцвет игорного бизнеса. Из последних событий — тот же «украинский кризис» и терроризм. Знаешь, сколько народу не погибло бы, не были бы убиты, не умерли бы и родились бы в принципе, если бы распад СССР не прокатился бы по ним убийственной волной? А знаешь, сколько бы новых людей родилось бы, если бы люди были уверены в завтрашнем дне, получали бы стабильные зарплаты и пенсии? Получали бы от государства скромное, но бесплатное жилье? Ну, пусть бы иногда и стояли в очередях. Китай, кстати, решил все основные проблемы дефицита в СССР. И не только в СССР, кстати сказать. Хотя австрийскими ботинками Китай рынок не наполнит, — улыбнулся Генадич.

— Миллионы людей остались бы живы и родились бы, если бы не распался СССР? — переспросил я.

— Десятки миллионов! Население СССР перед распадом было около 300 млн человек! — сказал Генадич.

 

Жаль, народ в СССР бедствует…

— Это здорово, конечно… Но жаль, народ в СССР бедствует, — задумавшись, произнес я.

— Про «бедствует», конечно, я бы не стал так категорично утверждать, — сказал Генадич. — Богатых, конечно, нет. Но нет и бедных. Эй, комсомолка, красавица! Как тебя зовут? — Генадич окрикнул официантку, временно скучающую у прилавка.

— Олеся, — сказала официантка.

— Олеся, радость моя, подойди-ка сюда на минутку, — крикнул Генадич официантке.

— Да, конечно. Чего изволите? — сказала она.

— Скажи вот нам, Олеся, где ты работаешь?

— Здесь и работаю, — с удивлением ответила девушка.

— В системе общественного питания ты работаешь, — заметил Генадич. — Скажи, а давно? И что с квартирой у тебя? С родителями живешь, наверное?

— Да нет. Квартиру государство дало нам недавно совсем с мужем. Мы поженились в том году. А работаю тут уже пятый год.

— Муж-то не обижает? Денег на квартиру-то дал муж, наверное?

— Каких денег? Что вы! Мы кооператив не покупали. Нам бесплатно государство квартиру дало.

— Ааа. Замечательно. А зарплата-то как тут у вас? — спросил Генадич девушку.

— Да не очень зарплата. Как и везде сейчас. Раза бы в полтора побольше платили бы, если…

— Ну, зарплаты никому не хватает, — с улыбкой сказал Генадич. — А дача есть у вас с мужем?

— Нет пока. Очередь не подошла. Но мы пока к родителям на дачу ездим. А что?

— Покупать дачу будете? — поинтересовался Генадич.

— Зачем покупать, если государство бесплатно участок земли выделить должно. Сами построим потихоньку.

— Спасибо. Принеси нам еще бутылочку минеральной…

Официантка Олеся ушла нам за минеральной водой.

— Вот! А где в твоем времени бесплатные квартиры и участки земли дают простым людям и работникам того же общепита? — спросил Генадич, уже обращаясь ко мне. — И может ли девушка, работающая в кафе, заработать в твоем времени на квартиру лет за пять? И еще лет за пять-семь на участок земли? Так что понятие «бедствует народ в СССР» — это все относительно.

— Ну, зато партийная элита жирует тут на народные деньги, наверное, — заметил я.

— Да так, как жируют обычные чиновники, взяточники и иные сотрудники силовых структур в твоем времени, тут, в СССР, даже партийной элите не снилось! Ну, колбаски побольше и повкуснее съедят, икорочкой лишний раз побалуются, путевку на море лишнюю возьмут, может, шмотку получше купят… И потом за коррупцию в СССР сажают и расстреливают. А за сотрудничество с иностранной разведкой, типа ЦРУ, тут не в олигархи идут и не в оппозиционеры, а идут лет на 15 в лагеря, вплоть до высшей меры наказания. Поэтому тут и порядку побольше, и народ почестнее, да и преступности почти нет, хотя, конечно, всякое случается. Но слова типа «террористический акт» и тому подобное здесь вообще мало кто знает. Терактов нет ни тут, ни в Европе, кстати сказать, хоть и в Европе некоторые называют СССР «империей зла»…

Нам принесли минералку. Я задумчиво посмотрел на дорогу. В потоке машин, как я уже сказал, встречались и машины иностранного производства.

— А кто тут ездит на иномарках тогда? — спросил я у Генадича, показав на очередную проехавшую рядом с нами новенькую иномарку.

— Заслуженные люди. Передовики производства, ученые, шахтеры, преподаватели, известные артисты… Хотя и начальство иногда тоже. Руководители передовых предприятий, например, министры, кое-кто из правительства. Хотя чаще кто-то из членов их семей. Тут у чиновников в моде и почете скромность. Также иномарки тут себе могут позволить те, кто работает или отработал какое-то время за рубежом. У них есть официальная валюта.

— Немало тут передовиков производства и заслуженных людей, как посмотрю, — задумчиво сказал я Генадичу.

— Так это юг. Притом Крым. Престижный курорт для советских граждан. Сюда элита стремится. Сюда, кому попало, не дают путевки!

— Выходит, для простых людей в Крым не так легко попасть?

— Путевку сложнее купить в дом отдыха или в пансионат. А «дикарем» отдыхать или в частном секторе может почти что каждый сколько угодно. Так всегда при СССР было, кстати сказать, — заметил Генадич.

— Так за колбасой народ зато давится до сих пор, наверное, — продолжил я спор «за и против».

— Нет. Уже не стоят за колбасой. Эту проблему в СССР решить было не так сложно, хотя ряд проблем с дефицитом, конечно, остались.

— А не заметили, что народ тут одет хуже? Нет тут шика и лоска нашего капитализма. Грязнее тут как-то, — задумчиво сказал я.

— Зато в душах тут чище у людей. Этот разговор можно продолжать очень долго. Посчитайте нас, — сказал Генадич, уже обращаясь к официантке. — Так ты здесь остаешься или назад едем, дела наши решать? — спросил меня Генадич.

— Едем назад. Желательно в мое настоящее время. Может, здесь в чем-то и лучше. Но как я могу здесь остаться? Без родственников, без родных, без друзей? — задумчиво произнес я. — Хотя в Москву я бы все-таки слетал бы. Посмотреть хочется СССР XXI века.

— Какой ты быстрый. Нет у меня таких полномочий — вернуть тебя в «твое время». К тому же, чтобы попасть в «твое время», сначала надо вернуться в 1964 год и навести порядок там. А тут все посмотреть тоже можно. Если богат деньгами, то экскурсию можем устроить. Но тут каждая минута на вес золота. Хотя всего 1,5 млн долларов — и можешь потусить тут денек еще, — сказал снова с улыбкой Генадич.

— Что, серьезно? Так дорого? — уточнил я.

— Абсолютно серьезно. А главная проблема, что чем дольше мы тут будем оставаться, тем сложнее будет вернуться назад. Есть риск не вернуться назад, а остаться здесь навсегда, — отметил Генадич. — Готов рискнуть? Тогда едем в аэропорт.

Генадич оставил пару рублей за обед на столе и пригласил меня к машине.

— Да… Ну… Да пожалуй, нет. Лучше в другой раз. Обратно так обратно, — сказал я, идя за Генадичем к его «Чайке».

Мы сели в машину.

— Ну, товарищ командир корабля — машины времени, давай назад, в 1964 год, в Долину Привидений, — скомандовал Генадич водителю.

— Ну, тут дорога только туда. Выбирать не приходится, Юрий Геннадьевич, — сказал водитель Генадичу. Он завел мотор «Чайки», резво развернулся, и машина понеслась по дороге назад к Алуште.

— А к Путину-то успели съездить? Вы вроде хотели. Он-то что в Алуште делает?

— Он тут сегодня в гостях у местного руководства КГБ был.

— А с какой целью? — поинтересовался я.

— Держи жвачку. Апельсиновая, советская, — сказал Генадич, протянув мне пачку советской жевательной резинки. — Иногда лучше жевать, чем задавать вопросы. Это государственная тайна, — добавил Генадич и подмигнул мне.

«Чайка» развернулась и понеслась по дороге.

— Включи радио, — попросил Генадич водителя. — Что там в мире происходит, давай послушаем.

— Что вы с миром делаете, то с ним и происходит, — сказал с улыбкой водитель Генадичу, но включил приемник. В машине заиграла легкая музыка.

— Весь советский народ и все прогрессивное человечество отмечает 100-летие Великой Октябрьской социалистической революции! Всего за 100 лет урожай зерна вырос… Добыча металла возросла на… — по радио звучали сводки успехов советской экономики. Чуть позже снова зазвучала музыка. Через пару минут она прервалась.

— В Москве закрылись 12-е Всемирные Олимпийские игры. Олимпиада—80 принесла советским спортсменам золотые, серебряные и бронзовые медали в количестве… — доносилось из радиоприемника.

— Что это тут вдруг про Олимпиаду 1980 года заговорили? Вот времена были замечательные, когда почти не было проблем с валютой! А почему по радио о них говорят? — спросил я Генадича.

— Думаешь, что при Брежневе с валютой легче было? — спросил Генадич и проницательно посмотрел на меня.

— Конечно проще! Ну, я так думаю, по крайней мере, — ответил я.

— Хочешь свои силы там испытать?

— Наверное. В 80-е годы было точно проще.

— Я поговорю с руководством. Может, что придумаем, — подмигнул мне Генадич. — А пока ты в 60-х покрутись.

— В честь 30-летия Великой Победы советского народа в Великой Отечественной войне 9 мая 1975 года пройдет праздничный концерт в Кремле…

Снова заиграла музыка, которая прервалась новым сообщением.

— В честь 50-летия Великой Октябрьской социалистической революции в 1967 году будут выпущены памятные монеты… — доносилось из радиоприемника.

— Что за бред по радио-то идет? — переспросил я.

— Радиоприемник ловит передачи разных лет, так как мы проезжаем разное время по пути. Коридоры времени пересекаем, — сказал совершенно спокойно, будничным тоном Генадич. — Скоро мы будем на месте. Кстати, вот мы и приехали почти. Время на часах 13:13. Загадай желание, Гарик, если хочешь. А уж сбудется то, что сбудется, — усмехнулся Генадич.

— Всего 13:13? Так мало времени прошло? Мне показалось больше, — сказал я с удивлением.

— А тебя не смущает уже, что туда-сюда по 50 с лишним лет прошло незаметно? — ответил Генадич. — Действуем по последнему из утвержденных вариантов, — добавил он водителю.

Отрывок из рассказа Гарри Ларина «Назад в СССР с кучей баксов» 
Скачать рассказ можно тут: https://vk.com/wall-632045_144820

Новые главы и книги ищите тут https://vk.com/kniganazadvsssr (добавляйтесь)

Читать в онлайне: https://mlrd.net

Жми «Нравится» и подпишись на нас в Facebook ↓